Последние новости

Интервью с Софьей Аржаковкой (Ская)
Юбилейный МКФ «Меридианы Тихого» завершил работу
Интервью с Ириной Бахтиной
Фильм "Песня тишины" завершил показ конкурсных лент Х МКФ «Меридианы Тихого»
Фильм режиссера "Я буду рядом" заставил плакать весь зал
26.03.2012

"Цезарь не умрет никогда.."

Каждый год с программой Берлинале происходит одно и тоже, - от нее ждут очень многого, но когда фестиваль заканчивается, в комментариях – сплошное разочарование.

«Ожидали большего…»  Так вот, «большего» ожидают каждый год. Может, все дело в том, что согласно статусу, Берлин – первый «элитный» кинофестиваль, и он как будто должен «задавать тон» - всем последующим МКФ, хотя проходящий до него Санденс, или  совсем рядышком который – по срокам – Роттердам, с определенной точки зрения, даже круче. И можно только догадываться, - что ответили бы на данную сентенцию организаторы Канн, или Венеции – в самом деле – весьма условные эмоциональное ощущение, - но оно существует, - и оно любопытно, - если говорить, - даже чисто гипотетически – о направлениях, - они же – тенденции и течения… Я вот совершенно искренне был разочарован любимыми азиатами – мощными такими, и талантливыми, - один из которых, филиппинец Брийанте Мендоза был заявлен в конкурсную программу, - и в его драме «Captive» главную роль исполнила «икона» 70-х, Изабель Юппер, - ну и что из этого вышло?  Двухчасовое путешествие по прекрасным филиппинским джунглям, где, оказывается, обитает довольно большое количество насекомых, змей и разных смешных зверьков, которые и были продемонстрированы, а Юппер практически молчала, - будучи заложницей в руках малосимпатичных террористов… Как только Мендоза «покинул» прославившие его трущобы Манилы и «вышел» за пределы мегаполиса, он как-то… потерялся, отчего его многочисленные поклонники, к коим отношу себя и я, как-то… загрустили… Не менее почитаемый таец Пен – Ек Ратанаруанг, - он, кстати, как и Мендоза, был гостем нашего фестиваля, - также снял что-то, совершенно на себя не похожее, и не характерное. Наверняка, многие ждали от него продолжения «Нимфы», а получили «Headshot», голливудский фактически «экшн» - «а-ля Джейсон Стэтхэм» («Перевозчик», «Механик», «Шиномонтажник») Ну, не оправдали… Латинская Америка, - что здесь… Вот, «Choco», колумбийца Хинестрозы, - как тяжело живется колумбийским крестьянам, особенно когда они молоды и красивы, - но все пространство фильма иллюстративно и предсказуемо. Ни страстей, ни переживаний, и только мука в глазах исполнительницы главной роли, очень красивой и очень талантливой Карен Хинестрозы, которая, - думаю, совершенно случайно, оказалась супругой режиссера…

Еще момент, - примерно треть азиатских фильмов, представленных в программах Берлина мне удалось посмотреть на МКФ в Пусане, и, по сути, вся надежда и была – на Мендозу и Ратанаруанга. Впрочем, в запасе имелся всегда своеобразно – концептуальный японец Сюдзи Иваи, работавший у нас в жюри, но на его новую работу « 1,2,3 friends» попасть мне не удалось. 

А вот разочаровавшимся, но не разочаровавшим, - оказался виртуозный португалец Мигель Гомес, получивший «Медведя» за «новации и перспективы», - но нужно было видеть его недоуменное лицо, и чуть саркастическую улыбку, когда Гомес поднялся на сцену, чтобы получить свой приз из рук Франсуа Озона, - режиссер был, мягко говоря, удивлен, а на самом деле – разочарован, - о чем и заявил, высказавшись в том смысле, что, дескать, он то как раз представил в Берлине совершенно традиционный фильм, - «Taboo», более чем традиционный, и сверх этого традиционный тоже, - начиная от черно – белых цветов и заканчивая внутрикадровым монтажом, и с какого перепугу ему дали именно этот приз, он решительно не понимает. После чего Мигель, снисходительно похлопав по плечу члена жюри Озона, и помахивая серебряной статуэткой, неспешно со сцены удалился. Но к слову, - общие простота и незамысловатость «Taboo», эта постмодернистская притча, как это не странно, напомнила мне сонеты великого земляка португальского мастера – Луиса Камоэнса, - своей прозрачной несуетностью и горькой мудростью объективного взгляда на человеческие взаимоотношения, которые всегда начинаются с любви и всегда заканчиваются смертью. Картина произвела действительно… любопытное впечатление, и вызвала странное… воспоминание - о давно забытом португальском портвейне, который лет уже как тридцать во Владивостоке не продают, и после которого не бывало похмелья, - сколько бы ты его не выпил…

Ну, а кто не разочаровал, причем, повсеместно всех, - кроме русских гостей Берлинале, - так это русские фильмы. И прежде всего сие относится к новой работе А. Мизгирева «Конвой», которую режиссер представлял вместе с продюсером, и опять таки, бывавшем на «Меридианах Тихого», П. Лунгиным. Посмотрев «Конвой» и номинальные «хозяева» фестиваля, и его многочисленные иные гости – жители других континентов могли, - и так, судя по всему, и вышло, - удовлетворенно кивнуть – все сейчас в России именно так и обстоит, так как они себе и думали, и как представляли нашу страну журналисты всевозможных и разноформатных зарубежных СМИ, и что Россия таковая и есть – каковой она предстает во всех этих материалах – визуально в ней грязь, жестокость, дикость, свинство, коррупция. Развал и разлад, ни одного не то чтобы счастливого, а просто нормального человеческого лица. Психически нездоровые люди в нездоровом обществе, которое возникло при их непосредственном участии…

Документалист А. Грязев заслужил внимание Берлинале свое лентой «Tomorrow», посвященной скандальной питерской арт-группы «Война», акции которой проделали сложный, но совсем даже не длинный путь от реального воровства продуктов в магазинах до переворачивания полицейских машин на Дворцовой площади. Премьера картины –удачно, или же совсем самому Грязеву такое совпадение было не нужно, -  совпала с зарождением у нас всех нынешних протестных движений, поэтому после показа режиссера долго «пытали», - а как это столь удачно режиссер подгадал – совпадений подобного рода в искусстве, и особенно в кинематографе не бывает. Андрей был несколько смущен и казался растерянным, - наверное, потому, что ждал вопросов не по части политической ситуации в России и выборов, а про кино. К тому же в день показа у него был день рождения..

А братья Тавиани… Они еще вполне себя здравствуют и снимают то кино, которое и могут снимать, то, которое снимать умеют. Может, в таком кино уже нет необходимости…Может, ему лучше, справедливей было бы остаться там, - в 70-х, - и вполне вероятно, что Паоло и Витторио испортили кому-то праздник – своим «Золотым медведем», своим творческим долголетием, - потому что в их фильме не оказалось ничего «рассерженного», никакого «протеста», - а ведь именно в сфере политических… взаимодействий экрана и человека изначально находился Берлинский кинофестиваль, со всеми его программами…. Поэтому, пусть МКФ в Берлине остается фестивалем, не оправдывающем ожиданий – в начале очередного года, каждый раз, когда хочешь понять, - почему же кино и политика так похожи…

…На церемонии закрытия Берлинале рядом со мной сидели две молодые немки. Говорили они мало, и почти что шепотом, осторожно, стараясь ни на секунду не отвлекаться от происходящего на сцене, и не отвлекать сидевших рядом. Церемония подходила к финалу, мы с ними уже успели… привыкнуть друг к другу, и даже пару раз друг – другу улыбнуться, - понимающе, - так улыбаются взаимно те, кто понимает, - о чем речь и что происходит, те, кто в «теме», - стать «своими» в такой ситуации совершенно незнакомым людям очень даже легко. И тут произошло удивительное: когда М. Ли, председатель жюри, вскрыл самый долгожданный, последний по счету конверт, и объявил, что «Золотого медведя» за лучший полнометражный фильм получает картина «Цезарь должен умереть», братьев Тавиани - мои соседки одновременно встрепенулись, подались вперед, и одна спросила, - я даже подумал, что у меня, - «Братья Тавиани?! А разве они еще не умерли?!», - спросили на немецком, но я все понял. И зачем то ответил  по-русски: «Цезарь не умрет никогда». И они тоже… Поняли меня…